"Записки переселенца", на мой взгляд, были попыткой осмыслить происходящее не только с точки зрения эмигранта, но и ученого. Отсюда в тексте экономические выкладки, цифры, тяга к обобщениям и анализу. При этом теоретическому разбору подлежат довольно тонкие материи личных отношений мужчины и женщины. Стоило ли их подвергать такому анализу - решит читатель. Думаю также, что читателю будет небезынтересно (еще одно замечательное советское выражение!) прочесть главы, посвященные Москве, где литературный талант Михаила особенно виден. Мы оставили за собой право поместить в книге фрагмент, посвященный путешествию на Фиджи. По понятным причинам. Хотя, от себя еще раз заметим, что там, где литератора начинает заслонять ученый, хочется вмешаться и объяснить, кто в литературном доме хозяин. Побалансировав на одной ноге перед пропастью теоретических умозаключений, наш автор хватается за спасительный канат иронии - и мы с ним снова мчимся на всех ветрах (перемен!) от истории к истории.
Далее. Михаилу удавалось довольно удачно сочетать научную и музыкальную деятельность, что привело к тому, что он был принят в Союз композиторов (очень престижно!), выпустил книжку стихов, защитил кандидатскую диссертацию на компьютерную-электронно-математическую тему, написал шесть книг по своей специальности, где-то по дороге получил грамоту от ЦК ВЛКСМ за научные достижения, и вырос бы наверно в академика - да тут грянула Перестройка. В эти годы мы видим Михаила на передовой зарождающегося русского бизнеса. Как президент и владелец компании "Феникс" он открывает Центр по научному программированию и информационным технологиям, магазины, рестораны, мебельную фабрику, видео-библиотеку, экспортно-импортную контору, туристическое агентство, фирму по строительству, ремонту и декоративной отделке зданий... Я вас предупреждала, что вы не поверите, однако, это правда. Причем, не вся. На всю у нас не хватит бумаги. Что удивительно, так это то, что он умудрился при этом сохранить отличное здоровье!
Михаил Свиридов прошел большой жизненный путь - от рядового ученого до незаурядного эмигранта с литературными амбициями. За плечами у него - вы не поверите! - Московский Институт электронного машиностроения, в который Михаил поступил в тот самый год, когда автор этих строк закончила среднюю школу, располагавшуюся аккурат напротив упомянутого ВУЗа в переулке столь узком, что можно было строить рожи из окна в окно. Для 10-миллионной Москвы это интересное совпадение. Однако надо было мне приехать в Австралию, чтобы я получила, наконец, свою возможность построить рожи.
Оба автора в названии своих заметок прибегли к клише, но клише особого рода - ироническому. "Человечество, должно смеясь расставаться со своим прошлым". Кто сказал? А вот и неправильно! Карл Маркс. Поэтому, с улыбкой отдавая дань прошлому, Павло Ангелуца называет свой медицинский опус псевдо-шпионским и грозным именем "Без права на ошибку" (читатель насторожился и внутренне подобрался), а Михаил Свиридов одаривает нас целинным "Ветром перемен" (читатель мечтательно загрустил). Вот тут-то оба они нас и надули! Может быть, это и было их целью? Тогда давайте повнимательнее заглянем в лицо нашим авторам. Запасливый редактор на этот случай располагает их Резюме.
Чтобы хоть как-то отстоять свое мнение, надо было его подкрепить мнением проверенного авторитета. Откройте любую статью доперестроечного периода - и вы увидите бесконечное месиво цитат из классиков марксизма-ленинизма, приведенных к месту и не очень. Если цитату раздобыть не удалось - пожалуйста, поговорочка. Ну а если и с этим плохо, тогда на выручку приходили расхожие фразы и словечки. Вот, например, из моих любимых - "чувство глубокого удовлетворения". "С чувством глубокого удовлетворения узнали об опоросе свиней, запуске очередного искусственного спутника, крупной победе советских хоккеистов..." - далее можете подставить свое. За этими клише наметанный взгляд советского читателя высматривал и находил подлинный смысл, опасный намек, а то и просто - улыбку. Так мы снова вернулись к улыбке.
Другая особенность - страсть к клише. А как же иначе?
Наши авторы обратили внимание на обыденность улыбки в жизни австралийцев. То, что они споткнулись об улыбку в самом начале своего повествования, может удивить кого угодно, только не пост-советского человека. В этой стране всегда ценили серьезность, именно поэтому так трудно было отличить свадебную фотографию от похоронной. Разве только по костюмам.
Эта книга объединила под своей обложкой двух авторов. Хотя сошлись они в одной книге почти случайно, все-таки в случайности этой замечается некоторая закономерность. Оба - воспитанники Советской системы. Оба - ученые. Чисто случайно, оба они - мужчины. Предмет их любопытства, запечатленный в книге - австралийцы, их нравы, обычаи и попытка новичка-эмигранта из бывшего СССР к этим обычаям приспособиться. Обоим авторам присущ иронический взгляд на мир. Отсюда, слава Создателю, наконец, начинается различие.
(Михаил Свиридов. "Ветер перемен")
"С трудом из общей черноты я выделил черноту моего встречающего, по хмурому выражению лица которого нельзя было догадаться, рад ли он меня видеть. Да, испортила меня Австралия."
КРАТКОЕ ЭССЕ О ЗНАЧИМОСТИ УЛЫБКИ В НАШЕЙ
Редактор издания
ИЗДАТЕЛЬСТВО "ЮЖНЫЙ КРЕСТ"
Из Австралии с любовью
Австралийские Ветры
Аннотация:Автор обратил внимание на обыденность улыбки в жизни австралийцев. То, что все переселенцы спотыкались об улыбку в самом начале своего познания Австралии, может удивить кого угодно, только не пост-советского человека. В этой стране всегда ценили серьезность, именно поэтому так трудно было отличить свадебную фотографию от похоронной. Разве только по костюмам.
Обновлено: 17/02/2009. 195k.
(time2000@hotbox.ru)
"Австралийские ветры"
Lib.ru/Современная литература: Свиридов Михаил Юрьевич. "Австралийские ветры"
Комментариев нет:
Отправить комментарий